-- Еще одно слово,-- сказалъ Джоржъ, прерывая выраженія благодарности толпы,-- Помните вы нашего добраго стараго дядю Тома?
Джоржъ въ короткихъ словахъ изобразилъ сцену его смерти, передалъ имъ его послѣднее дружеское прощаніе и продолжалъ:
-- На его могилѣ, друзья мои, я рѣшилъ передъ Богомъ, что я никогда не буду владѣть невольниками, если куплю человѣка, то для того только чтобы освободить его; что никто изъ-за меня не будетъ оторванъ отъ дома и семьи, не будетъ подвергаться опасности умереть гдѣ нибудь въ глухомъ углу, какъ умеръ онъ. Радуясь свободѣ, помните, что вы обязаны ею этому доброму, хорошему человѣку и въ благодарность за это будьте добры къ его женѣ и дѣтямъ. Вспоминайте объ этомъ всякій разъ, какъ увидите хижину дяди Тома и пусть она укрѣпитъ васъ въ желаніи идти по стопамъ его, быть такими же честными, вѣрными, такими же истинными христіанами, какимъ былъ онъ.
