-- Если окажется необходимость въ немедленной уплатѣ, сказалъ Клэйтонъ:-- у меня есть небольшія деньги, которыя лежатъ безъ всякаго употребленія; вексель на эти деньги при мнѣ, и его примутъ съ перваго взгляда. Я предлагаю вамъ это, потому что возможность представитъ наличныя деньги можетъ облегчить переговоры. Позвольте и мнѣ принять участіе въ добромъ дѣлѣ; вы этимъ доставите мнѣ величайшее удовольствіе.
-- Благодарю васъ, сказала Нина отъ чистаго сердца:-- быть можетъ я не встрѣчу этой необходимости; но если она неизбѣжна, я приму предложеніе ваше съ тою же готовностью, съ которою вы сдѣлали его.
Послѣ часовой поѣздки, Нина и Клэйтонъ приблизились къ границамъ плантаціи Бельвиль. Въ дни своей юности, Нина знала это мѣсто, какъ резиденцію старинной и богатой фамиліи, съ которой отецъ ея былъ въ довольно близкихъ отношеніяхъ. Не удивительно, что въ настоящую минуту ее непріятно поразилъ видъ нищеты, запустѣнія и упадка, проглядывавшій во всѣхъ частяхъ плантаціи. Ничего не можетъ быть унылѣе и печальнѣе видимаго, постепеннаго разрушенія въ томъ, что устраивалось и сооружалось съ величайшей заботливостію. Увидѣвъ полуразвалившіеся ворота, ощипанный и обломанный кустарникъ, прогалины въ прекрасной аллеѣ, образовавшіяся отъ вырубки старыхъ деревьевъ на дрова, Нина не могла подавить въ душѣ своей чувства глубокаго унынія.
-- Какимъ прелестнымъ казалось мнѣ это мѣсто, когда я пріѣзжала сюда, будучи ребенкомъ! сказала Нина. По всему видно, что нынѣшняя госпожа плохая хозяйка.
Между тѣмъ лошади подъѣзжали къ лицевому фасаду дома, въ которомъ обнаруживались тѣже самые признаки неряшества и небреженія. Многія шторы держались на одномъ только крючкѣ; двери перекосились и врѣзались въ гнилые пороги; деревянные столбы, служившіе опорою небольшаго навѣса, лежали подлѣ крыльца, и розы, когда-то обвивавшіяся вокругъ этихъ столбовъ, оставлены въ величайшемъ небреженіи и разстилались по землѣ. Балконъ былъ заваленъ всякаго рода хламомъ, ящиками различныхъ величинъ, седлами, тряпьемъ и другими предметами, образовавшими удобные уголки для пріюта и укрывательства, уголки, въ которыхъ до полдюжины маленькихъ негровъ и три -- четыре собачки играли въ прятки, съ величайшимъ удовольствіемъ и шумомъ.
Когда Нина и Клэйтонъ остановились у крыльца, вся эта шумная ватага выстроилась въ рядъ, оскалила зубы и съ любопытствомъ смотрѣла на пріѣзжихъ.
Ни одному изъ этихъ маленькихъ созданій не пришло даже въ голову подержать лошадей или отвѣтить на вопросы пріѣзжихъ. Они поперемѣнно посматривали то другъ на друга, то на незнакомыхъ путниковъ, и скалили свои бѣлые зубы. Наконецъ какой-то оборванный лакей, съ половиною соломенной шляпы на головѣ, призывомъ Клэйтона поднятъ былъ на ноги; онъ взялъ лошадей, разумѣется, одаривъ сначала толчками всю группу ребятишекъ, которые до такой степени были невѣжливы, что даже не пригласили джентльмена и лэди пожаловать въ комнаты. Послѣ такого увѣщанія, Нина и Клэйтонъ, предшествуемые ребятишками, вошли въ комнату на право отъ главной залы. Въ комнатъ этой, повидимому, все находилось въ недоконченномъ состояніи. Половина занавѣсей навѣшена была на окна, между тѣмъ, какъ другая половина валялась по стульямъ. Сырыя, покрытыя плесенью шпалеры мѣстами были оторваны отъ стѣнъ, приготовленныхъ для новой оклейки; нѣсколько полуразвернутыхъ кусковъ дорогихъ шпалеръ лежало на столѣ, заставленномъ остатками стараго, неоконченнаго завтрака; на немъ были тарелки, куски хлѣба и сыра, грязные стаканы и пустая бутылка. Трудно было найти стулъ, не покрытый толстымъ слоемъ пыли. Нина послала свою карточку съ однимъ изъ маленькихъ шалуновъ, которому на половинѣ лѣстницы вдругъ пришла фантазія спуститься внизъ по периламъ. Неудивительно, что во время этой операціи, карточка выпала изъ рукъ и вся группа шалуновъ опрометью бросилась къ ней, отбивая другъ у друга честь снести ее на верхъ. Порывы ихъ усердія были остановлены внезапнымъ приходомъ лакея въ полушляпѣ, который, по убѣдительной просьбѣ Нины, вмѣшался въ крикливую толпу и разсѣялъ ее. Какъ стадо воронъ, съ говоромъ и крикомъ, они разлетѣлись по разнымъ частямъ залы, между тѣмъ, какъ лакей поднялъ карточку и съ безпредѣльнымъ радушіемъ, озарявшимъ его лоснящееся черное лицо, пошелъ на верхъ, оставивъ Нину и Клэйтона дожидаться внизу. Черезъ нѣсколько секундъ онъ воротился.
-- Миссисъ проситъ молодую лэди пожаловать на верхъ, сказалъ онъ.
Нина торопливо пошла за нимъ, оставивъ Клейтона на цѣлый часъ одинокимъ существомъ въ пустой, заброшенной комнатѣ. Наконецъ она воротилась въ величайшемъ одушевленіи.
-- Дѣло кончено! сказала она: -- купчая будетъ подписана, лишь только мы пришлемъ ее.