V. Дуань-ву.-- Цэюэ-пьхинъ, славный стихотворецъ удѣла Чу, въ пятое число пятаго мѣсяца, бросился въ рѣку И-ло цзянъ съ камнемъ на шеѣ и потонулъ. Это случилось въ 299 году до Р. X. Жители сего удѣла, сожалѣя о немъ, стали приносить ему жертву, бросая въ рѣку бамбуковую трубочку съ кашею изъ риса, заткнутую листьями и обвитую разноцвѣтными шелками, дабы рыбы не могли похитить каши. Въ послѣдствіи мало-по-малу ввели сіе обыкновеніе и въ прочихъ странахъ, такъ, что нынѣ день этотъ сдѣлался общимъ народнымъ праздникомъ подъ названіемъ Дуань-ву. Въ сей день въ каждомъ домѣ (въ южномъ Китаѣ) вѣшаютъ на дверяхъ наговоры съ палочникомъ и полынью. Родственники и друзья при взаимномъ поздравленіи посылаютъ другъ другу вино, плоды и разное съѣстное; но первое между подарками мѣсто занимаютъ небольшіе треугольники изъ густосвареннаго риса въ палочниковомъ листѣ, называемые цзунь-цзы. Люди всѣхъ сословій празднуютъ этотъ день, но работъ и торговли не прекращаютъ. Къ сему празднику торгующіе вообще стараются очищать долговые счеты за прошедшую треть. Вѣроятно, что послѣднее обстоятельство въ совокупности съ событіемъ составляетъ важность настоящаго праздника.
VI. Ци-си.-- Ци-си въ переводѣ значитъ седьмой вечеръ; иначе сей праздникъ называется цяо-чжи, что значитъ искуство. Въ это время сближаются двѣ звѣзды: ню-ланъ и чжи-нюй; почему въ этотъ вечеръ женщины и дѣвицы продеваютъ въ семь иголъ нити, и ставятъ въ жертву помянутымъ двумъ звѣздамъ разные плоды и овощи, что называется просить объ искусствѣ". Еще въ этотъ же вечеръ придворныя дѣвицы кладутъ въ маленькій ставецъ паука и, раскрывши на другой день, смотрятъ на паутину. Если она часта, то заключаютъ о приращеніи искусства ихъ въ шитьѣ; а если рѣдка, то напротивъ. Въ простомъ народѣ женскій полъ также подражаетъ сему обычаю. Впрочемъ, и это не есть народный праздникъ, а только обыкновеніе введенное для забавы дѣвицъ.
VII. Юйланъ-хой. -- Неизвѣстно, съ котораго времени введено въ обыкновеніе въ 15й денъ седьмаго мѣсяца выметать кладьбище и приносить жертву предкамъ. Хошаны {Хошанъ есть китайское названіе монаховъ древней буддійской религіи. Нынѣ тибетскіе и монгольскіе ламы, хотя туже религію исповѣдуютъ, но въ обрядахъ богослуженія и правилахъ жизни слѣдуютъ другимъ уставамъ.} къ этому обычаю присовокупили священную процессію, называемую юй-ланъ-хой, что значитъ "процессія цвѣтка магноліи." Дѣлаютъ на площади изъ жердей террассу, обитую снаружи соломенными рогожами; на этой террассѣ цѣлый день совершаютъ богослуженіе, по окончаніи котораго къ вечеру спускаютъ воздушные фонари и сожигаютъ большія изъ бумаги сдѣланныя лодки, для переправы, какъ говорятъ, душамъ умершихъ. И это не есть народный праздникъ, а священный обрядъ фоистовъ, для котораго торгъ и работы въ сей день не прекращаются; притомъ же этотъ обрядъ существуетъ только въ Сѣверномъ Китаѣ, гдѣ фоизмъ господствуетъ.
VIII. Чжунъ-цю.-- Чжунъ-цю въ переводѣ значитъ: средній осенній мѣсяцъ, соотвѣтствующій сентябрскому новолунію. Восьмой мѣсяцъ въ день полнолунія бываетъ самый круглый и ясный -- по причинъ чистоты въ атмосферѣ, почему въ простомъ народѣ издревле вошло въ обычай въ вечеру 15-го числа ставить въ жертву лунѣ плоды и овощи. Въ этотъ день друзья и родственники взаимно поздравляютъ другъ друга съ праздникомъ и посылаютъ въ подарокъ вино съ плодами, между которыми первое мѣсто занимаютъ сдобные, начиненые сахарнымъ пескомъ круглые хлѣбцы, называемые юе бинъ, что значитъ "лунные хлѣбцы". И старые и молодые всѣхъ сословій проводятъ сей вечеръ подъ открытымъ небомъ въ саду или на дворѣ за полными столами съ виномъ и плодами, и уже довольно поздно расходятся; а дѣти съ самаго вечера до разсвѣта гуляютъ и играютъ. Этотъ праздникъ въ народѣ болѣе извѣстенъ подъ названіемъ: пятнадцатое число восьмой луны, и наравнѣ съ пятымъ числомъ пятаго мѣсяца есть праздникъ народный, въ который-торгъ хотя во весь день не прекращается, но мастеровые и работники работаютъ только до полудня. И къ сему празднику стараются очищать долговые счеты за прошедшіе четыре мѣсяца, т. е. за майскую треть; а долги за сентябрскую треть очищаютъ къ новому году; посему новый годъ, пятое число пятаго мѣся ца и 15-е число восьмаго мѣсяца носятъ общее названіе трехъ праздниковъ, по-китайски санъ-цзѣ; а собственно послѣднія два слова значатъ: "три колѣнца." Это въ прямомъ смыслѣ суть три общенародные праздника, въ которые въ каждомъ домѣ совершаютъ поклоненіе домашнимъ божествамъ; потому-что въ Китаѣ нѣтъ общественнаго богослуженія, ни особливыхъ храмовъ для поклоненія. Не смѣю объяснять произхожденія послѣднихъ двухъ праздниковъ по моимъ мнѣніямъ: но, по видимому, въ пятомъ мѣсяцъ празднуютъ окончаніе весеннихъ работъ, а въ восьмомъ уборку плодовъ и хлѣба.
IX. Чунъ-янъ. -- Во время династіи Хань (около временъ Р. X.) нѣкто Хэ-чанъ сказалъ пріятелю своему Цуань-цзинъ: "Въ девятое число девятаго мѣсяца случится несчастіе въ твоемъ домѣ. Вели домашнимъ сшить мѣшокъ, наполнить его съѣстнымъ, взойди на возвышенное мѣсто и тамъ откушай вина съ кризантіею..... Симъ-образомъ можетъ избѣгнуть несчастія." Съ сего случая ввели въ обыкновеніе, чтобы въ девятый день девятаго мѣсяца съ пищею и питіемъ ходить на возвышенныя мѣста и тамъ веселитъся съ друзьями. Самъ государь часто слѣдуетъ этому обычаю. Чунъянъ собственно называется чунъ-цзю, а въ простомъ народъ болѣе извѣстенъ подъ названіемъ дынь-гао, что значитъ, всходить на высоту." Нынѣ сіе обыкновеніе хотя сдѣлалось общимъ, но только между богатыми, которые имѣютъ способы провесть этотъ день на возвышенномъ мѣстѣ въ саду или въ полѣ; но въ народъ торгъ и работы продолжаются, какъ и въ обыкновенные дни.
X. Ла-бпа. -- Неизвѣстно, съ котораго времени и по какому случаю вошло въ обыкновеніе въ 8 день 12-го мѣсяца варить густую кашицу изъ смѣси разныхъ крупъ, Фасолей и сухихъ плодовъ съ медомъ. Эта кашица отъ -- слова -- въ -- слово называется ла бпа-чжу. Х о шаны въ этотъ день совершаютъ священные ходы, варятъ помянутую кашицу и разносятъ ее по домамъ вкладчиковъ, отъ помощи которыхъ имѣютъ пропитаніе. Это также не есть народный праздникъ, а частное обыкновеніе, вѣроятно отъ фоистовъ заимствованное.
XI. Цзы цзао. -- Цзи цзао значитъ жертвоприношеніе (божеству) Цзао. Жертву сію приносятъ ввечеру въ 23е число 12-го мѣсяца. Простой народъ вѣритъ, что Цзао отходитъ въ сей день отъ земли къ Небу (Богу), чтобы донесть ему о добрыхъ и злыхъ дѣяніяхъ человѣческихъ цѣлаго года. Еще почитаютъ Цзао божествомъ печекъ подъ названіемъ Цзао-шень: почему въ сей день во всѣхъ гостинницахъ, лавкахъ и домахъ не готовятъ кушанья, а починиваютъ печки. И это есть только обыкновеніе, для котораго ни торгъ, ни работы не прекращаются. Въ древности почитали Цзао-шень божествомъ многочадства, и въ жертву ему приносили дикихъ козъ.
XII. Чу-си.-- Чу-си значитъ послѣдній вечеръ, а собственно есть предпослѣдняя ночь, въ которую съ сумерекъ до разсвѣта не спятъ, а веселятся и пьютъ, что называется стереженіемъ года. Предъ симъ вечеромъ въ каждомъ домѣ на воротахъ налѣпляютъ разныя картинки, а на дверныхъ и воротныхъ вереяхъ разныя надписи на красной бумагѣ и разныя фигуры вырѣзанныя изъ красной же бумаги, такъ что улицы дѣлаются пестрыми. Сверхъ сего пускаютъ (сожигаютъ) ракеты. Около полуночи отворяютъ ворота и снова пускаютъ ракеты. Это есть предпразднество новаго года. Къ послѣднему дню предъ новымъ годомъ стараются очистить какъ долги за прошлую треть, такъ и недоимки за прежнія двѣ трети: почему у нѣкоторыхъ вмѣсто веселія, послѣдніе дни предъ новымъ годомъ до самой полуночи на первое число проходятъ въ величайшихъ хлопотахъ и ссорахъ.
XXII. ПРАВИЛА УЧТИВОСТИ.
Китайскія церемоніи, называемыя у насъ формами учтивости, по своей странности вошли въ Европѣ даже въ пословицы и поговорки; но, правду сказать, мы твердимъ только однѣ слова, а сущность дѣла мало знаемъ. Это произошло отъ того, что Европейскіе путешественники писали о разныхъ Китайскихъ обрядахъ, большею частію въ смѣшномъ видѣ и въ своихъ издѣвочныхъ описаніяхъ иное еще преувеличивали. Но если будемъ смотрѣть на физіогномію Китайцевъ и на ихъ движенія со вниманіемъ и безъ предубѣжденія; то ничего страннаго неувидимъ. Невѣрность взгляда много зависитъ отъ того, что мы наиболѣе судимъ о иностранномъ по сравненію съ своимъ, которое обыкновенно по привычкѣ кажется намъ естественнѣе, и ближе къ человѣку, нежели къ обезьянѣ.