(Слово «наплевать» считалось у моряков оскорблением.)
– Хоть кровью плюй, не отзовусь! – вспыхнул я.
– Смотри! – пригрозил он пальцем. – Я шутить не люблю.
– А я и не прошу тебя шутить.
– Молчать! – заорал он, потемнев от ярости. – Ступай на бак!
«Началось», – подумал я и тоскливо поплелся на бак.
Я решил настоять на своем, но, повидимому, и боцман не собирался уступать. Теперь к слову «русс» он прибавлял еще нецензурные выражения.
– Берегись! – кричал он. – Я из тебя выбью эту дурь.
Угроза не действовала. Матросы сочувствовали мне.
. – Правильно! – подбадривал меня Франсуа.