"Помню, как, возвращаясь однажды в эти дни с одинокой прогулки в лесах, Л. Н-ч -- с тем радостно-вдохновенным выражением, которое последние годы так часто озаряло его лицо -- встретил меня словами:
-- А я много и очень хорошо думал. И мне стало так ясно, что, когда стоишь на распутье и не знаешь, как поступить, то всегда следует отдавать предпочтение тому решению, в котором больше самоотречения".
Очень трудное время пережил Л. Н-ч в 1909 году, когда он, получив приглашение на конгресс в Стокгольм, хотел ехать туда, а С. А. воспротивилась. Мы упоминали об этом в своем месте. Л. Н-ч мужественно пережил и это испытание.
Наконец, новый натиск на Л. Н-ча Софьи Андреевны по поводу дневников заставил его написать ей 14 июля письмо, уже приведенное нами в XVI главе.
В этом письме Л. Н-ч ясно ставит свои условия, при которых он может остаться в Ясной, и те, при которых он должен будет уйти.
И, написав это письмо, он еще решился терпеть. Но новые обстоятельства продолжали отягощать его жизнь.
Дневник Л. Н-ча того времени, особенно маленький, карманный дневничок, изобилует заметками, указывающими на тревожное состояние его души под влиянием окружающих событий; приведем некоторые из них:
"6 августа. Думаю уехать. Оставить письмо и боюсь, хотя думаю, что было бы лучше".
"15 августа. Дорогой в Кочеты думал, что если только опять начнутся эти тревоги и требования, то я уеду с Сашей.
Так и сказал".