"Мы сидели за столом и смотрели в раскрытую карту, форточка была растворена, я хотела затворить ее.
-- Оставь, -- сказал отец, -- жарко. Что это вы смотрите?
-- Карту, -- сказал Душан Петрович, -- коли ехать, то надо знать куда.
-- Ну, покажите мне.
И мы все, наклонившись над столом, стали совещаться, куда ехать. Воспользовавшись этим, я незаметно для отца одной рукой прихлопнула форточку. Он был разгорячен и легко мог простудиться.
Предполагали ехать до Новочеркасска, в Новочеркасске остановиться у Денисенко (дочери тети Маши), попытаться взять там, с помощью мужа ее, Ивана Васильевича Денисенко, заграничные паспорта и, если это удастся, ехать в Болгарию. Если же нам не выдадут паспорта, то ехать на Кавказ.
Разговаривая так, мы незаметно для себя все более и более увлекались нашим планом и горячо обсуждали его.
-- Ну, довольно, -- сказал отец, вставши из-за стола, -- Не нужно никаких планов, завтра увидим.
Ему вдруг стало неприятно говорить об этом, неприятно, что он вместе с нами увлекся и стал строить планы, забыв свое любимое правило жизни: жить только настоящим.
-- Я голоден, -- сказал он. -- Что бы мне съесть?