-- Ах, как не думать, надо, надо думать.
И он снова старался сказать что-то, метался и, по-видимому, очень страдал. К вечеру снова начался бред, и отец снова просил, умолял нас понять его мысль, помочь...
-- Саша, пойди посмотри, чем это кончится, -- говорил он мне.
Я старалась отвлечь его.
-- Может быть, ты хочешь пить?
-- Ах, нет, нет... Как не понять, это так просто.
-- И снова, и снова он просил нас:
-- Подойдите сюда, чего вы боитесь, не хотите мне помочь, я всех прошу...
Чего бы я не дала, чтобы понять, помочь. Но сколько я ни напрягала свой ум, я не могла понять, чего он хотел, не могла помочь.
Он продолжал говорить что-то непонятное нам: