- Это мой! Давайте деньги! - заорал Томсон.
Беннет знал, как это было сделано: Крил сунул Энсли в руку дубликат номера, когда тот близко к нему подошел.
- Теперь целую неделю буду лежать на боку! Поеду в Бирмингем! - кричал Томсон, захлебываясь от радости. - А когда вернусь, выиграю еще один горшок. Ну и хорошая штука этот джакпот!
Остальные с завистью смотрели на счастливого обладателя горшка, но зависть была беззлобной. Каждый из них потерял только доллар. "В следующий раз горшок будет мой", - думали все участники игры. И шахтеры добродушно похлопывали Томсона по плечу, поздравляя с выигрышем. Это добродушно-благожелательное настроение распространилось и на Крил а. Все забыли о двадцати процентах, которые он клал себе в карман.
Крил снова влез на стол.
- Я решил делать только один кон за вечер, - объявил он, - но если в следующий раз играть будут больше ста человек, то мы сможем или устроить второй кон, или увеличить размер горшка. Увеличить выгоднее, так как тогда можно сразу сорвать куш побольше.
Шахтеры неохотно расходились, обсуждая новую игру. На следующий день весть о джакпоте дошла до конторы управляющего. Иервуд вызвал на совещание Минто Ньюэлла.
- Это безобразие необходимо прекратить! - возмущенно сказал Иервуд, скребя свою жесткую бороду. - Поселок превратится в логово дьяволов, если мы сейчас же не покончим с игрой.
- Лучше сделать это не сразу, начальник, - посоветовал Ньюэлл. - Прекратить-то можно, но отношения с рабочими станут хуже.
- Выгнать этих парней отсюда? Но как будет реагировать поселок? - соображал Иервуд.