Какъ взоръ встревоженной орлицы....
И длинныя, какъ шелкъ, рѣсницы,
И легко-смуглый кожи цвѣтъ:
Румянецъ пламенной денницы...
Все было вмѣстѣ -- тѣнь и свѣтъ!
И ночи мракъ, и дня сіянье
Боролись въ странномъ сочетаньи!
И дѣвы мудрой чистота,
И страсть языческой царицы,
И простота отроковицы,