Что вмѣстѣ сладостно и больно.
Отрадно, грустно и легко
Душѣ и сердцу становилось,
И все, что тамъ на днѣ таилось
Неизъяснимо-глубоко.
При чтеньи старца начинало
Изъ безднъ, какъ будто бы. всплывать,
Отъ теплыхъ слезъ истаивать,
И грудь отъ гнета облегчало.
Давало ей просторъ дышать!