И онъ всей грудію вздохнулъ:
Вздохнулъ онъ такъ, какъ не вздыхалось
Ему ужь много, много лѣтъ,
Когда отъ скорби грудь стѣснялась,
И меркъ во взорахъ Божій свѣтъ.
И ощутилъ онъ обновленье
Въ груди измученной своей,
И благодатное забвенье
Всѣхъ безотрадныхъ прошлыхъ дней
Теперь впервые опускало