Все благодушіемъ дышало,
И силы горней благодать
На немъ оставила печать,
И, какъ святое покрывало,
Сіяньемъ свѣта осѣняло
Сего проста то чернеца,
Смиренно-мудраго борца.
И былъ онъ инокъ не названьемъ,
Не по одеждѣ схимонахъ,
Но чистотой и воздержаньемъ