-- Да что твой сын-то, мать моя, не мотишка ли, или, может статься, не в карты ли он проиграл?..
И когда она уверилась, что это было не по собственной вине сына этой соседки, а по несчастному случаю, принялась утешать ее:
-- Да ты, голубка, не плачь, помолись Богу, Бог-то и пошлет невидимо. А много ли пропало-то у него? -- спросила она.
-- Много, матушка, очень много, и не выговоришь -- пять тысяч!..
-- А-а-а! Эка беда какая, и подлинно, что немало, легко ли сколько! Я готова бы тебе помочь, да уж это больно много... А вот погоди плакать-то, обожди здесь меня, сама становись на молитву, а я пойду посчитаю, увижу, чем могу тебе помочь.
И пошла к себе. Выходит немного погодя.
-- Ну что, молилась ли Богу, голубка моя? -- спрашивает соседку.
-- Молилась, моя родная.
-- Ну, пойдем же ко мне...
Привела ее в свою комнату и говорит ей: