-- С большим удовольствием; на что они тебе понадобились?
-- Вы знаете, я имею сына, которого недавно сделали офицером...
-- Ну так что же?
-- Он стал дурно себя вести, замотался, на днях возвратился домой выпивши, а вчера распроигрался; хотя я имею состояние, но его ненадолго хватит, ежели мой сын так станет жить.
-- Это очень жаль, только я все-таки не понимаю, на что тебе мои люди понадобились.
-- Я хочу сына высечь, -- говорит мать, а сама плачет...
-- Что это, матушка, ты за вздор мне говоришь, статочное ли это дело? Ему под двадцать лет, да еще вдобавок он и офицер; как же могут мои люди его сечь? За это их под суд возьмут.
-- Да я им сечь и не дозволю; они только держи, а высеку я сама...
-- Милая моя, он офицер, как же это возможно...
-- Он мой сын, Елизавета Петровна, и как мать я вольна его наказать, как хочу, кто же отнял у меня это право?