-- Так ты, стало быть, отказываешься? -- спрашивает Собакин.
-- Отказываюсь.
-- Ну, хорошо; жаль, что тебя прежде не знал. Друзья перессорились и расстались.
Как Собакин уехал, и думает Еропкин: "Глупо я сделал, что отказался; он, пожалуй, другому кому-нибудь отдаст, и племянник тогда и взаправду всего лишится". Поехал к Собакину.
-- Прости меня, что я с тобою погорячился и не принял, что ты мне отдавал по дружбе.
-- Стало быть, ты готов теперь принять? Да, не откажусь.
Ну, ладно, помиримся.
Итак, все имение Собакин и передал по купчей Еропкину. Умер Собакин. Еропкин посылает известить племянника, что дядя умер, чтоб ехал его хоронить. "Это меня не касается; кто получил имение, тот и хорони, я не наследник". Тогда Еропкин объяснил племяннику, отчего он решился взять имение: "Опасался, чтобы дядя не отдал другому". И возвратил имение племяннику. Этого звали Петр Александрович, а его мать была Наталья Петровна, урожденная Соковнина, и приходилась двоюродною сестрой моей свекрови Яньковой.
Когда Еропкины живали в Москве, у них был открытый стол, то есть к ним приходили обедать ежедневно кто хотел, будь только опрятно одет и веди себя за столом чинно; и сколько бы за столом ни село человек, всегда для всех доставало кушанья: вот как в то время умели жить знатные господа!
IX