15 Сродни ли были ему Троекуровы... в походах... -- И. Чистович пишет: "Лаврентий в юных летах остался сиротою и взят на воспитание в Москву, в дом боярина князя Ивана Борисовича Троекурова, и воспитывался вместе с сыном его И. И. Троекуровым. По достижении зрелого возраста он ходил вместе с ним, в качестве волонтера, в походы, два раза под Азов и под Ругодев" (Чистович, с. 282).
16 ... но вдруг он задумал идти в монахи и постригся... -- И. Чистович приводит по этому поводу "анекдот", почерпнутый им из "Деяний Петра Великого": "...как молодой паж вдовствующей царицы Марфы Матвеевны Юрлов, бывши с нею на ассамблее у голландца Гоппа, скрыл серебряный кубок, из которого пил государь Петр Алексеевич, и <...> царица, жалея пажа и закрывая от гнева царского, дала ему денег и посоветовала спасаться, как знает. Юрлов пропал без вести, а царица приняла на себя выговор и гнев царский. Между тем пристыженный и напуганный паж ушел в монастырь и постригся под именем Льва" (Чистович, с. 282).
17 ... был после того архимандритом и, наконец, был сделан воронежским архиереем. -- Прежде чем получить чин архимандрита, Юрлов был монахом в Троице-Сергиевой лавре, потом строителем в астраханском Троицком монастыре, потом жил в Москве в Донском монастыре, в Ростове и, наконец, в Александро-Невском монастыре в Петербурге. После этого он был "определен архимандритом в переяславский Горицкий монастырь Рязанской епархии", а в 1727 г. "произведен в епископы воронежские" (Чистович, с. 282--283).
18 ... почему-то не отслужил вскорости молебна... донес на него в Синод. -- Чистович, рассказывая о волнениях и слухах в столице и в "отдаленных концах России" перед воцарением Анны Иоанновны, пишет: "Во время самого разгара толков и смут обнародован был манифест о смерти Петра II и об избрании императрицы Анны. В Воронеж пришел манифест 14 февраля. Местный вице-губернатор Пашков отослал его к преосвященному Льву. Тот ничего не отвечал, а между тем на следующий день <...> велел везде, где надо было, поминать имя государыни, поминать о благочестивейшей великой государыне нашей царице и великой княгине Евдокии Федоровне и о державе их, а потом о благоверных государынях цесаревне и цесаревнах. Так и сам он вспоминал на литургии, по принятии св. даров в царских дверях. С того дня и в прочие дни воспоминание во всех церковнослужениях производимо было так же. Пашков 18 числа послал к нему <...> с требованием объявить манифест по обычаю и назначить, когда этому быть. Епископ объявил, что "церковного поминовения о государе-императоре и молебного торжества о ее императорском величестве, без присланного к нему о том особливого точного указа из Синода, собою чинить опасен, рассуждая то, что, может быть, не сделается вперед другой какой отмены". Пашков донес об этом в Москву". За это ослушание Льва сочли государственным преступником и объявили приговор: "...лишить его всего священнического и монашеского чина и предать на суд гражданский", и в конце концов было решено сослать его "в Крестный монастырь и содержать за караулом в келье неисходно и никого к нему не допускать и чернил и бумаги для письма не давать" (см.: Чистович, с. 283--289).
19 ... был еще и в дружестве с архиереем из рода Дашковых... -- Еще во время пребывания в Троице-Сергиевом монастыре Лев "пользовался ближайшим руководством монастырского духовника, иеромонаха Георгия Дашкова", -- пишет Чистович. Когда Дашков стал ростовским епископом, Лев поселился у него. Во время "объяснений" Льва в Синоде по его делу Дашков заступился за него и приостановил было его процесс. Льва решено было "переместить" в Астрахань "на высшую степень" (см.: Чистович, с. 285).
20 ... которых Прокоповичу хотелось стереть с лица земли... с ужасом об нем отзывался. -- Ф. Прокопович, воспользовавшись заступничеством Георгия Дашкова за Льва, оговорил первого перед Анной Иоанновной, и следствием этого было сначала издание указа, по которому Дашков увольнялся из Синода, и вскоре против него было возбуждено судебное преследование. Поначалу наказание было очень мягким: за ним сохранялся сан епископа и он определен был в харьковский монастырь. Но, по словам И. Чистовича, Феофан продолжил преследование своего врага, организовав новое разбирательство, обвинение по которому гласило: "Георгия, лиша сана, сослать немедленно под крепкое смотрение в Каменный вологодский монастырь. Письма, какие будет писать или получать, отбирать у него и присылать в правительствующий Сенат" (Чистович, с. 285--292). Но этим Прокопович не ограничился; дальнейшими его стараниями посхимленного Георгия Дашкова (теперь Гедеона) было приказано "отправить в Нерчинский монастырь и содержать его там до смерти неисходно и не слушать никаких объявлений, хотя бы о государевом слове и деле" (там же, с. 365). Рассказывая о делах Льва, Гедеона и многих других, Чистович, отступая от обычного строгого стиля, восклицает: "Феофан целую жизнь не считал безопасным своего положения <...> Сколько людей погубил он совершенно напрасно, измучил, сжег медленным огнем пытки и заточения -- без всякого сострадания и сожаления" (там же, с. 348).
21 ... стали прославляться мощи ростовского митрополита святителя Димитрия... -- Митрополитом ростовским Димитрий Туптало (1651 --1709) стал с 1702 г. по соизволению Петра I. Открытие его мощей состоялось в 1752 г., а в 1757 г. он был причислен к лику святых. Популярность его во многом объяснялась тем, что он считался защитником всех слабых и угнетенных. Известен он в основном как составитель Четьих-Миней, выдержавших около 10 изданий.
22 ... послали в Белгород... заметками святителя. -- Этот эпизод был впоследствии подробно развернут Д. Д. Благово в его очерке, посвященном деду А. Д. Янькову (об очерке см. во вступ. статье -- с. 374).
23 В родословной Долгоруких, Татищевы... пропущены... следует поместить в родословной (изд < ание > "Русской старины")... -- В первой части "Российской родословной книги" П. В. Долгорукова (о ней см. примеч. 17 к Главе седьмой) во второй главе Татищевы названы ("1801 -- Татищевы" -- с. 12), а на с. 223--230 помещен раздел "Графы и дворяне Татищевы". Журнал "Русская старина" регулярно помещал на страницах своих томов "Родословия" (перечень их см.: Систематическая роспись содержания "Русской старины". Изд. 1870--1884 гг. СПб., 1885, с. 135). Специальное "Родословие" Татищевых появилось уже по смерти Д. Д. Благово. Речь идет о книге С. С. Татищева "Род Татищевых. 1400--1900. Историко-генеалогическое исследование" (СПб., 1900). Здесь "собраны более или менее обстоятельные сведения о 649 представителях рода <...> в 16 коленах" и даны "краткие биографии представителей рода" (ИВ, 1901, No 2д, с. 765--766). В 1873--1875 гг. отдельным изданием вышла двухтомная "Русская родословная книга. Изд. ред. "Русской старины"", составленная князем А. Б. Лобановым-Ростовским. В ней Татищевы пропущены.
24 ... малолетний Шляхетский корпус... -- Это привилегированное учебное заведение для дворянских сыновей было основано в 1740 г. Здесь, обучаясь наукам, мальчики получали военные чины.