-- Ах! Как вы прекрасны, -- произнес он наконец.
-- Тише! Лежите спокойно и не мешайте мне вылечить вас, -- сказала она, махнув рукой слугам, чтобы уходили из комнаты.
-- Это вы были у окна и звали меня на помощь?
-- Нет, не я, но я была свидетельницей, как мастерски вы владеете своей шпагой, что и дало мне самое лучшее понятие о вас.
-- Как вы добры! -- сказал молодой человек, приподнимаясь и сложив руки в упоении.
-- Лежите спокойно, говорят вам! Вы ранены!
-- Я? И совсем почти ничего. Правда, на груди у меня есть несколько неглубоких царапин, но что ж за беда? Что тут нет никакой опасности, доказывает мое ровное и глубокое дыхание. Правда, у меня сильные ушибы головы, но я сознаю, что рассудок мой невредим. Если вы позволите, то я охотно встану и буду крепко держаться на ногах -- ручаюсь вам за это.
-- О! Да вы, видно, из железа сотворены?
-- Совершенно так. По милости Божьей, я наслаждаюсь самым лучшим здоровьем в мире. Сколько раз в жизни я получал удары и раны, и все нипочем. Я закалился в боях и бурях военной службы.
-- Вы были на военной службе?