-- Вы наш отец, вы только сумеете управиться с Францией.
-- Дети мои, я сказал уже вам, что я слуга ее величества и должен только выполнять приказания королевы.
-- Идем, идем к королеве и будем ее просить, чтобы она сделала первым министром нашего монсеньора.
-- Непременно! Так и следует! -- восклицала толпа с единодушным, восторженным увлечением, ясно обличавшим искусство руководителей возмущения.
-- Нет, дети мои, лучше пойдем воздать ей нашу признательность за то, что она вняла голосу своего народа.
Ренэ, скрывшийся при начале этой сцены, вдруг прибежал и, расталкивая толпу, закричал:
-- Вас обманывают!
При звуках знакомого голоса очнулась бедная Мансо.
-- Говори же скорее, Мазарини еще в Париже? -- спросила она, не скрывая своих кровожадных намерений.
-- Нет, но король с королевой тоже покинули столицу!