-- Довольно, господа, за дело! За дело! -- резко прервала герцогиня, не считая полезным углубляться в вопрос, что могло бы происходить без них.
Конти повиновался и принялся гримасничать, между тем барон де Бар постучал в дверь. Принц Кондэ пошел отворить.
-- Ах! Ваше высочество, вы сами изволили побеспокоиться... -- сказал барон с низкими поклонами и, видимо, страшась за жизнь своего пленника.
-- Барон, -- сказал доктор Баги, -- надо перенести принца на террасу, что над валом, сейчас морской воздух ему вреден.
Барон созвал людей, больной был немедленно поднят и со всеми возможными предосторожностями снесен с лестницы. Его поместили под тенью высокого вяза, а в это время доктор Баги с аптекарем под предлогом приготовления успокоительной микстуры ушли в кухню.
Губернатор приказал фельдшеру тоже уходить, по той причине, что его присутствие бесполезно; фельдшер, уходя, обменялся значительными взглядами с аптекарем.
Из кухни доктор приказал отнести на террасу шерстяное одеяло и закутать ноги принцу, который, не зная, какие штуки выкидывать, стал жаловаться, что ноги совсем цепенеют от холода.
Вскоре вернулся доктор в сопровождении аптекаря, который нес сосуд с горячим напитком, от которого пар валил столбом. Принц Конти показывал страшное отвращение к микстуре, но маленький аптекарь насильно заставил его выпить (нечего сомневаться, что напиток был из самых усладительных). Через некоторое время доктор пощупал пульс, и на лице его выразились удивление и испуг.
-- Что же это такое? -- воскликнул он. -- Микстура произвела совершенно противоположное действие... Что бы это значило? Надо скорее пустить кровь его высочеству.
-- Зачем же вы, барон, услали фельдшера? -- закричал Кондэ. -- Так вы, видно, поклялись уморить моего брата?