Коадъютор улыбнулся.
-- Я знаю, вы неуловимы, -- продолжал де Бар, -- и достанет ли у вас смелости дать мне бланк, то есть чистый лист бумаги с вашей подписью и вашей гербовой печатью?
-- Почему бы и нет?
-- Я имею право это требовать, потому что тайна, которую я вам выдам, стоит звания обер-гофмейстера, сотни тысяч экю и губернаторства в какой-нибудь провинции -- и это по меньшей мере.
-- По меньшей мере! Черт возьми! Звание обер-гофмейстера принадлежит принцу Кондэ; сотнями тысяч экю располагать может один кардинал; что же касается губернаторства, то на эти места назначаются люди властью самого короля... кто-то будет у нас королем?
-- Что такое?
-- Герцог ли Орлеанский, принц ли Кондэ или герцог Бофор?
-- Ни тот, ни другой, Гонди, вы это поймете, когда узнаете мой драгоценный секрет.
-- Я не желаю его знать.
-- Потому что вы воображаете, будто он в ваших руках. Но клянусь вам, вы не знаете из него даже первой буквы. Кроме тех, кого он касается, он известен лишь мне и Жану д'Эру.