-- Берегитесь, капитан, я силой войду, и тогда моей первой заботой будет наказать вас за неповиновение.
-- Что вы делаете? Ваше высочество, -- остановила ее госпожа Фронтенак, -- время ли теперь угрожать?
-- Как знать? Бывают минуты, когда угрозами больше возьмешь, чем просьбами, это мой город, и я хочу, чтобы мои люди отворили мне ворота.
Еще прошла минута, и принцесса раскрыла рот, чтобы произнести энергичное проклятие, но сейчас же до крови прикусила губу.
Между тем командир городской стражи стоял неподвижно, и принцесса принуждена была пройти мимо, а в ее хорошенькой голове вертелись самые зловещие мысли, как бы отомстить за себя. Так оказалась она на берегу реки. У пристани было причалено много лодок; в каждой лодке стоял лодочник, держа весло стоймя, отдавая ей честь.
-- Да здравствует принцесса! -- закричали лодочники, узнав ее.
Лодочники составляли в Орлеане отдельную и очень сильную корпорацию. Принцесса при первом взгляде на них сообразила, какую выгоду можно извлечь из преданности этих удальцов, хоть бы только в том, что можно было с ними разговаривать, не имея нужды кричать во всю глотку.
-- Ваше высочество, -- сказал один из них, приближаясь к принцессе, -- ваш отец -- наш властелин, и мы другого не признаем. Мы сами, наши жены, дети и лодки наши -- принадлежат вам.
-- Дети мои, вы верные слуги, и я благодарю вас. Ваши городские начальники и рады бы отворить мне ворота, но не смеют, опасаясь возмездия за самоуправство. Вы честные люди, живете своим трудом и не знаете, в каком страхе живут люди богатые или знатные; вы не понимаете глупых расчетов, внушаемых честолюбием. Вот почему я буду гордиться и считать за счастье, что в моих предприятиях помогать мне будут лодочники, а не мещане.
-- Так, еще раз повторяем: мы ваши, мы станем делать, что будет приказано только вашим высочеством.