После занятия Мингрелии русскими войсками, грузины стали подвергаться нападениям со стороны Келеш-бея. В 1799 году мингрельский князь Григорий Дадиани был вынужден отдать Келеш-бею крепость Анаклия, которой последний завладел без боя с помощью предательства. Чтобы использовать это завоевание и получить отныне большее влияние в Мингрелии, он захватил Левана -- сына князя Григория, законного наследника Мингрелии -- под предлогом задержания его как заложника. Келеш-бей смог сделать это безнаказанно из-за слабости правителей Мингрелии, занятых тогда своими внутренними смутами. Но в 1803 году князь Григорий Дадиани стал русским подданным, а после его смерти Мингрелия осталась без правителя и была накануне полного распада из-за царившей в стране анархии, что привело князя Цицианова, главнокомандующего в Грузии, к тому, что он потребовал от Келеш-бея вернуть свободу князю Левану, но Келеш-бей, обещая сделать это, затягивал исполнение обещания и так и не сдержал своего слова.
Находясь в 1805 году в Анаклии с князем Леваном -- своим заложником, -- он выразил желание встретиться с русским генералом, командовавшим отрядом, расквартированным тогда в Мингрелии. Генерал в сопровождении нескольких рот пехоты прибыл к стенам Анаклии, чтобы вступить в переговоры с Келеш-беем, когда со стен Анаклии случайно или намеренно прозвучало несколько пушечных выстрелов, возмутивших русских солдат, которые взяли в руки оружие и захватили приступом Анаклию в течение часа; это непредвиденное событие, когда о нем поступили первые сведения в Константинополь, произвели плохое впечатление, но затем Анаклия была возвращена Келеш-бею с щедрой компенсацией за нанесенный ущерб. Он же со своей стороны вернул мингрельского наследника князя Левана и жил в добром соседстве с русскими до самой смерти.
В 1806-м или 1807 году Келеш-бей предоставил убежище бывшему паше Трапезунда Теер-паше, своему другу и родственнику, которого Порта отстранила от управления. Теер-паша был сыном знаменитого на Кавказе Батал-паши.
Султан приказал Келеш-бею выдать ему бывшего трапезундского пашу, но Келеш-бей, сославшись на то, что не может нарушить законы гостеприимства, всего лишь отправил Теер-пашу за пределы своих владений, дав ему средства для проникновения на русскую территорию.
Оттоманская Порта, не желая открыто наказывать Келеш-бея за невыполнение приказа или же не будучи в состоянии сделать это, выбрала другое средство, чтобы избавиться от него: оно требовало от Порты гораздо меньше расходов, но было противоестественным и выходящим за рамки всех законов. Против отца настроили и вооружили сына, обещав ему за голову отца правление Абхазией и другие награды. Этого человека, решившегося на отцеубийство, звали Арсланбек.
Келеш-бей, заметив враждебные намерения Порты и опасаясь их результатов, тайно стал налаживать отношения с Россией, переговоры были прерваны его смертью 2 мая 1808 года. Отцеубийца Арсланбек, завладев богатствами своего отца, его женщинами и их детьми, причем среди них были два его тяжелораненых брата, заперся в крепости Сухум-Кале.
Не найдя среди народа достаточного количества сторонников, чтобы взять бразды правления, и будучи осаждаемым в то же время со стороны моря русскими, к которым бежала несчастная семья Келеш-бея, Арсланбек вынужден был бежать и, покинув Сухум-Кале, искать убежища у черкесов. Его старший брат Сафир-бей, хотя и был рожден матерью незнатного происхождения, а вследствие этого и не мог по законам горцев наследовать власти своего отца, благодаря поддержке России был признан правящим князем. Чтобы ему помочь, русские войска заняли крепость Сухум-Кале. Сафир-бей со всей своей семьей принял христианство, а его старший сын Дмитрий воспитывался в Санкт-Петербурге, в Пажеском корпусе.
После смерти Сафир-бея в 1821 году Абхазия, подстрекаемая Портой и Арсланбеком, восстала, но сын Сафир-бея, Дмитрий, полковник русской службы, был провозглашен правящим князем Абхазии с помощью военной силы, достаточной, чтобы навязать его народу. После смерти Дмитрия, ему наследовал его брат Михаил -- нынешний владыка Абхазии. Арсланбек, все это время скрывавшийся то у турок, то у черкесов, не оставлял попыток использовать все возможные средства для подстрекательства Абхазии к мятежу. В конце концов он в этом преуспел: в 1824 году вся Абхазия была охвачена восстанием. Княгиня Тамара, мать правящего князя Михаила, была вынуждена, чтобы спасти себя и семью, покинуть селение Сауксу, свое обычное местопребывание, и бежать в Сухум-Кале.
Князь Михаил заперся в небольшой крепости, расположенной недалеко от Сауксу с двумя ротами русской пехоты, оставленными для его безопасности. Михен, командир полка и комендант Сухум-Кале, вместе с ротой пехоты выступил против селения Анакопия, расположенного в 15 верстах от крепости, чтобы захватить укрепившихся там мятежников, но плачевным итогом этого похода была потеря командира лейтенанта Михена и 60 человек отряда убитыми и ранеными во время отступления через густой лес, что не сломило мужества оставшихся, а напротив, подняло его на высочайшую ступень.
Генерал князь Горчаков с отрядом из 1400 пехотинцев и с тремя легкими орудиями был направлен для умиротворения Абхазии. Он встретил мятежников близ реки Кодор, и сражение развернулось на территории от этой реки до Сухум-Кале. Узкая тропинка, идущая сквозь густой лес вдоль берега моря, была использована мятежниками для сооружения преград в нескольких местах; однако русский отряд, которому с моря помогали огнем фрегат и два брига, а с правого фланга -- мингрельское войско, сумел преодолеть все эти препятствия и дошел до Сухум-Кале.