Лоцман отдавал приказания с кормы; его красное одеяние, словно воспламененное заходящим солнцем пятно, мелькало то здесь, то там.
-- А, Полианто!.. Добро пожаловать, мореплаватель! Что ты привез?
Лоцман увидел на берегу двух молодых всадников Тот, который говорил, был одет в белый плащ, один конец которого прикрывал его голову, оставляя открытой бороду, завитую локонами и блестящую от благовоний. Другой сжимал бока коня своими обнаженными сильными ногами; одет он был в сагум [военный плащ] кельтиберов, короткую шерстяную тунику, поверх которой болтался его широкий спускающийся с плеча меч, его волосы, такие же непокорные и жесткие, как и борода, обрамляли мужественное и смуглое лицо.
-- Привет, Лакаро! Привет, Алорко! -- ответил лоцман с выражением почтения. -- Не увидите ли вы Соннику, мою госпожу?
-- Этой же ночью, -- ответил Лакаро. -- Мы ужинаем в ее загородном доме... Что ты привез?
-- Скажите ей, что я привез среброродный свинец из Нового Карфагена и шерсть из Бетики. Чудесное путешествие!
Молодые люди натянули повода своих лошадей.
-- Мы все признательны тебе за это, -- сказал Лакаро.
-- Прости, Полианто! Да будет Нептун милостив к тебе!
И оба всадника ускакали, скрывшись между хижинами, сгруппированными у подножия храма Афродиты.