Снабби посмотрел на мужчину с бородкой. Он что-то прикладывал к рукописи, передвигая это то вверх, то вниз по странице.
— Это всего лишь лупа, идиот, — фыркнул Снабби. — Дедушка тоже такой пользуется, когда работает со своими документами, ты разве не видел? Не будь таким подозрительным!
Роджер немного стушевался. Отвернувшись, он посмотрел на согбенного старика. Как можно жить таким горбатым? Это, должно быть, ужасно. Даже переходя от стеллажа к стеллажу, старик не мог распрямиться и вынужден был все время смотреть в пол.
Роджер был рад, когда эти двое позвонили в колокольчик и ушли. Хранитель, сморщенный старик, вошел, закрыл дверь и быстро просмотрел бумаги на полках, чтобы убедиться в их сохранности. На чучела он даже не взглянул!
— Я думаю, он втайне надеется, что кто-нибудь когда-нибудь украдет эту поеденную молью рухлядь, — сказал Снабби, когда посетители и хранитель ушли.
Дверь опять заперли на два замка.
— А теперь я сделаю набросок комнаты, — сказал Роджер. — На всякий случай!
— Зарисуй еще первые две двери, ведущие в комнату, — посоветовал Снабби, глядя, как Роджер вычерчивает план. — Здорово у тебя получается. А это что — окна?
— Да, и притом крепко-накрепко запертые. Ты заметил? И снаружи еще решетка. Никому сюда не залезть.
Он задрал голову — посмотреть, не стеклянный ли здесь потолок. Но нет, потолок был обычный. Роджер зарисовал, где размещены стеллажи, и отметил точками расположение чучел. Потом вычертил стены, письменный стол, камин и низкий столик с цветочным горшком.