В этот день ребята не поехали к Барни: отчасти потому, что мистер Линтон был дома и велел всем им выйти в сад и помочь ему срубить несколько засохших деревьев, отчасти потому, что они знали, что ярмарка переезжает в Риллоуби и скорее всего Барни не до бесед с друзьями: он будет слишком занят.
У Снабби была и третья причина. Он все еще страдал от мощного шлепка, которым наградил его Тоннер, и считал, что будет благоразумнее дать время рассвирепевшему хозяину ярмарки забыть о происшествии. В будущем же он был намерен обходить его за милю!
Но в тот же вечер Барни заглянул к ним сам, с Мирандой на плече. Он ждал в саду, пока не увидел Роджера. Тогда он негромко свистнул.
— Это ты, Барни? — обрадовался Роджер. — Молодец, что приехал. Ты ужинал? Мы — уже, но наверняка у кухарки что-нибудь для тебя найдется.
— От кусочка кекса не откажусь, — сказал Барни. В тот день из-за переезда в Риллоуби ему не удалось нормально поесть.
— Пойдем к задней двери и попросим у кухарки чего-нибудь для тебя.
Они появились в дверях кухни, и Лиззи взвизгнула при виде Миранды.
— Батюшки-светы! Обезьяна! Только не вздумайте пустить ее ко мне на кухню. Что ж это делается!
Однако вскоре она успокоилась настолько, что приготовила бедному голодающему сандвичей и даже выделила большой кусок фруктового пирога. Барни протянул один сандвич Миранде, и она, осторожно вытащив из серединки кружок помидора, положила его себе в рот.
— Дожили — обезьяна! Что же это дальше будет? — вздохнула кухарка.