— Тоннер их никогда не помечал, — сказал Воста. — Он ничего не смыслит в старинных документах. Обычно я забирал их у Бели и отдавал Тоннеру. А уж он передавал их кому-то еще. Кому — я не знаю, но именно этот человек и помечал документы. Он же указывал Тоннеру, куда переезжать с ярмаркой. Мы заранее никогда не знаем, куда поедем.
— Полагаю, он выбирал именно то место, где он уже успел пометить объекты будущей кражи, — сказал инспектор. — И теперь вам остается лишь сообщить мне имя человека, стоящего во главе этой банды.
— Говорю вам, не знаю, — упрямо повторил Воста. — Спросите об этом Тоннера. Что вы ко мне привязались? Я всего лишь орудие в его руках!
— Это тот, «волосатый». Мы это точно знаем, — вмешался Снабби. — Воста, вам знаком такой очень обросший тип — с бородой, усами, бровями...
— На твои вопросы я отвечать не собираюсь, — огрызнулся Воста. — Если бы вы, паршивцы, не вертелись здесь и не вынюхивали...
— Довольно, Воста, — прервал его инспектор. — Констебль, вы останетесь с ним, а я навещу этого Тоннера. Похоже, что он тоже лишь орудие в чьих-то руках, но только калибром побольше, чем Воста. Хотя, возможно, он выведет нас на главаря этой шайки.
Барни повел их к фургону Тоннера. Обитатели соседних палаток, стоявшие кружком, слушая, как допрашивают Восту, молча расступились.
— У Тоннера сейчас гость, и он не в духе, мистер! Смотрите, как бы чего не вышло! — крикнула им вслед Олд Ма.
Инспектор не удостоил ее ответом и решительно постучал в дверь фургона Тоннера.
— Убирайтесь! — прогремел из-за двери Тоннер. — Я же предупреждал, чтобы ко мне никто не совался!