-- Она вошла... Маруся... она тебя...
-- Знаю!-- почти крикнула Маруся, легла поперегъ кровати и вскинула ногами... Отлично, что вы пришли... Мочи моей нѣтъ!.. Они воображали изъ меня въ родѣ бонны сдѣлать... съ дохлой ихъ дѣвчонкой хороводиться... Я только не хотѣла, мамочка, васъ разстраивать; а вотъ ужъ больше недѣли эти искаріоты меня всячески пыряютъ... Мочи моей нѣтъ!.. Завтра меня здѣсь духу не будетъ...
Маруся вскочила и каблуки ея застучали по полу.
-- Потише, радй Христа,-- удержала ее Марья Трофимовна за рукавъ.
-- Не выгонятъ, небось, теперь ночью!..
-- А ты какъ знаешь?..
Сейчасъ же припомнила она Марусѣ: какъ, года два назадъ, какіе-то господа выгнали, ночью, на дачѣ, гувернантку; а она взяла да и утопилась тутъ же въ Невѣ.
-- Я не утоплюсь!-- вскричала Маруся и тутъ только сняла, шляпу...-- Ну, мамочка, васъ самъ Богъ прислалъ... Воля ваша -- я не могу такъ жить... Вотъ свѣча сейчасъ догоритъ; а тѣ аспиды больше одной на три вечера не даютъ... Растабарывать намъ долго нельзя... Вы обо мнѣ соскучились... Вы у меня добрая...
Послѣдній слѣдъ строгости растаялъ въ душѣ Марьи Трофимовны.
-- Какъ же ты... Господи?..-- чуть слышно прошептала она,-- Маруся... чѣмъ же мы съ тобой?..