— Нет; но ведь мужчине, даже самому серьезному, трудно отдать себе отчет в том, — очень он увлечен в известную минуту или нет. Разве это не правда?
— Вам лучше знать, вы романы сочиняете.
— Не сочиняю ничего, ничего, а только пишу. Хотите, заключим такой договор: как только я замечу, что вы теряете самообладание, я должна вас предупредить — хотите?
— Нет, уж избавьте от такой миссии! — живо заговорил Лука Иванович. — Где нам брать на себя перерождать женщин вроде вашей кузины! Мы ведь замухрышки!
— Как?
— Замухрышки!
— Унижение паче гордости!
— Нисколько. Такая личность, как ваша кузина, коли захочет, разом проглотит нашего брата.
— Если он ею увлечется — пожалуй.
— А станет он сохранять свою независимость, так и отойдет, не солоно хлебнувши, поверьте мне.