— Да, а вы?
— Я только побуду при отпевании… дела у меня множество сегодня… корректур навалено!.. А, кстати, вон еще нужный человек. Жду вас, милейший Лука Иванович, хоть завтра же.
Он приподнял соболью шапку и скорыми шагами стал кого-то догонять.
"Что, брат, — обратился Лука Иванович внутренно к самому себе, — много ты выиграл, что на генерала Крафта больше не работаешь? Этот вон — гражданский издатель, свой брат, а стоит пятерых военных!.."
Дроги подъехали к паперти. Лука Иванович ускорил шаг…
XXXI
В пустой церкви лениво тянулось отпевание. У входа и вдоль окон стали провожавшие покойника. Некоторые из них выходили во время службы на паперть, гуляли по подмосткам и опять возвращались.
Оглянувшись, Лука Иванович заметил в углу какую-то молодую девушку в платочке. Она точно пряталась от всех и тихо плакала. Барыня в черном, ехавшая на пролетке, крестилась чопорно, стоя по левую руку от гроба: она представляла собою как бы семейство покойного.
— Кто это? — спросил, указав на нее головой, один из провожавших у стоящего около него знакомого.
— Не знаю, право; кажется, квартирная хозяйка… У него ведь родных нет… Жена… — он досказал что-то на ухо.