— И тогда все по-другому… Хотя бы и не потрафил он сразу, да у него на душе лучше… И смелости прибудет!
— Хотите еще? — перебила хозяйка, обращаясь к гостю.
— Пирожного?.. Благодарю. Курить хочу, если позволите.
— Вам разрешаю.
Евлампий Григорьевич смолк. Жена не смотрела на него. Она нашла, что его болтовня — дерзость, за которую она сумеет отплатить. Но взгляд Палтусова подсказал ей:
"Смотрите, не перейдите градуса. Сначала добейтесь своего. Вы видите — и в нем заговорило мужское достоинство".
Евлампий Григорьевич предложил ему сигару и спросил, чего никогда не делал:
— Угодно в кабинет?.. Кофейку… и покурить в свое удовольствие?
Палтусов согласился, — довел хозяйку до салона и сказал ей шепотом:
— Не возмущайтесь, пожалуйста, я вашу же линию веду.