Кто-то из группы начал его расспрашивать.
— Не нашел он, к кому обратиться! — кричал Краснопёрый. — Меня не пожелал, видите ли… Стрекулистов каких-то в душеприказчики взял… Хоть бы в свидетели пригласил.
Через минуту актер спросил:
— Двести тысяч?.. На школы?.. Молодец!
— Да помилуйте, батюшка… Одна гордыня! — кричал опять Краснопёрый.
"Вот оно что", — отмечал про себя Палтусов. Все это его чрезвычайно занимало.
— Андрей Дмитриевич! — окликнули его.
С ним раскланивался Нетов, в мундире, в персидской звезде, очень бледный и возбужденный.
— Позвольте познакомить… Брат супруги моей… Николай Орестович Леденщиков…
Палтусову подал руку худой блондин в длиннейшем пальто с котиковым воротником. Его прыщавое чопорное лицо в золотом pince-nez, бритое, с рыжеватыми усами, смотрело на Палтусова, приторно улыбаясь… Сестру он напоминал разве с носа. Такого вида молодых людей Палтусов встречал только в русских посольствах за границей да за абсентом Café Riche на Итальянском бульваре. "Разновидность Виктора Станицына", — определил он.