— Пора почивать, — повторила Тася, вернувшись к матери, терпеливым голосом.
Елена Никифоровна подняла голову и взялась за ручку кресла.
— Зачем ты меня будишь? — недовольно спросила она дочь, не совсем твердо выговаривая слова. — Я так хорошо спала!
На глаза ее надвигались плохо поднимающиеся веки. Она была точно в полузабытьи.
— Доктор приказал, ты знаешь!
— Доктор, — протянула Елена Никифоровна. — Оставь меня… Ай!..
Ее всю передернуло. Левая рука сорвала с ноги одеяло и схватилась за колено.
— Опять невралгия? — спросила Тася. Лоб ее наморщился.
— Впрыснуть! — проныла Долгушина.
— Так часто?!