Княжна вздохнула, повернула голову и взяла со своего бюро шитье, tapisserie,[84] не оставлявшее ее, когда она беседовала.
— Вы вздохнули? — спросил Палтусов.
— Не буду с вами спорить, — степенно выговорила она, — у вас своя теория.
— Но вы не хотите оглянуться.
Она усмехнулась.
— Я ничего не вижу — это правда. Выхожу гулять на бульвар, и то в хорошую погоду, в церковь…
— Вот от этого!
— Послушайте, André,- она одушевилась, — разве в самом деле… cette finance… prend le haut du pavé?[85]
— Абсолютно!
— Вы не увлекаетесь?