— Она ничего… Должно быть, из оголтелых?
— А вам что? — вступился Рубцов. Он видел Тасю.
— Я люблю, когда с них фанаберию сбивают, — продолжала задорно Любаша.
— С кого? — спросил Рубцов.
— Да с дворянской дряни.
— Люба! — удержала опять Анна Серафимовна.
Люба поглядела на Рубцова, скосившего на особый лад губы, и почувствовала какую-то новую неловкость в его присутствии. Он был недоволен, но это-то и подзадоривало ее.
— Это господин Палтусов? — тихо спросил Рубцов Анну Серафимовну.
— Да…
Она хотела узнать: как он ему понравился, но побоялась резкого отзыва.