— Супруг уехал?
— Уезжает.
— Надолго?
— Не знаю. Чай, на всю зиму.
Ее приволжское «чай» немного резнуло его ухо, но тотчас же и понравилось ему. Голова Анны Серафимовны с широкими прядями волос, блеск глаз и стройность стана — все это окинул он одним взглядом и остался доволен. Но цвет платья он нашел «купецким». Она подумала то же самое и в одну с ним минуту и опять смутилась. Ей стало нестерпимо досадно на это глупое, тяжелое да вдобавок еще очень дорогое платье.
— Не угодно ли чаю? — спросила она, стараясь улыбнуться, у дверей хозяйского отделения.
— Не откажусь, если есть.
— Сейчас… Максим Трифоныч, — кивнула она в сторону конторщика.
Палтусов вошел за нею.
— Вы, значит, берете на себя все дело? — сказал он ей тоном утвердительного вопроса.