-- То-есть какъ же иначе?-- опять своимъ низкимъ, серьезнымъ голосомъ спросила Карцева.
-- Безъ лишняго скандала.
Она подошла къ нему.
-- Какой же можетъ быть скандалъ?
Онъ взялъ ее за руку и заговорилъ искренними звуками, точно старшій братъ или другъ женщины, рѣшившейся на что-нибудь неподходящее.
-- Послушайте, я васъ старше, опытнѣе, наконецъ ваша симпатичность, прелесть, умъ -- все это заставляетъ меня быть съ вами иначе. Я буду говорить какъ братъ...
-- Какъ братъ?-- повторила она и чуть замѣтно усмѣхнулась.
-- Ни на что другое я не имѣю права,-- продолжалъ онъ уже съ намѣренною сдержанностью.-- Не дѣлайте этого, не давайте вашему мужу повода... Вы хотя и замужемъ, но, судя по вашимъ словамъ...
Онъ не договорилъ. Она своимъ лицомъ отвѣтила ему, что онъ не ошибается.
-- Вотъ видите! Зачѣмъ же давать человѣку, котораго вы не уважаете, даже презираете, формальное право нападать на васъ? Не забывайте, что онъ все-таки мужъ вашъ. Вотъ сейчасъ отворится дверь, онъ войдетъ, и что же ему представится? Вы черезъ двое сутокъ послѣ вашего вѣнчанія возвращаетесь изъ маскарада съ чужимъ мужчиной, приглашаете его къ себѣ, ужинаете съ нимъ... Вотъ даже остатки этого ужина. Всѣ улики противъ васъ.