— Значит, ты сам разрываешь то, что между нами есть?
Не было раздирающего горя в звуках голоса Нади. Она была сражена — и только, и способна на жертву. Но внутренний голос подсказывал ей — кто из них сильнее любит другого: она или ее жених.
— Так лучше, Надя! Жертвы не хочу! Свобода тебе нужна теперь как воздух.
Трепетной рукой он начал снимать с пальца обручальное кольцо.
— Зачем? — почти испуганно спросила она, заметив это.
— Не нужно никаких напоминаний. И ты сними… отдай мне. Чтобы ничто тебя не мучило.
— Ваня! Милый! Ты так меня…
Не договорив, Надя со слезами бросилась обнимать его.
Но оба бесповоротно сознавали, что иначе нельзя.
— Так лучше, — повторял он, стараясь придать своему тону более твердости.