— И прошу вас, во имя нашей приязни, без меня ни на что не решаться. А завтра я еще забегу.
Помолчав, он спросил на ухо:
— Может, перехватить желаете?
— У меня еще есть. Спасибо, Сергей Павлович, за ваше неоставление!..
По уходе Кантакова он лежал с четверть часа, ни о чем не думая.
Разговор утомил его. Боль в голове как будто усилилась; в пояснице также ныло.
Ничего не хотелось, ни есть, ни пить чай. И так придется лежать не один день — может, это начало воспаления или тифа.
"И пускай!" — подумал он без страха, почти с полным равнодушием.
Опять голова коридорной девушки выглянула из двери.
— Иван Прокофьич! — тихо окликнула она.