— Вас не стесняет моя папироса? — спросил он.
— Нисколько!
А вопрос продолжал мозжить ее. Хитрить она решительно не умела.
— Мне Лидия что-то говорила, Виктор Павлович… У ней не хватало слов…
Он уперся в нее глазами
человека, только что просмотревшего несколько десятков бумаг.
— Ах да!..
И лицо его сейчас же изменило выражение. Глаза стали менее тусклы, рот сложился совсем иначе.
— Насчет… Александра Ильича… Вам должна быть известна… его тайная мечта.
Губами он сделал мину, от которой ее бросило в краску.