— Но ведь вы мне предлагаете одну треть того, что я могу получить.
— Сомневаюсь. Не получите и десяти, если и сами станете хозяйничать. А вы ведь желаете ликвидировать свои дела.
— Кто вам это сказал? — задорно возразил Стягин.
— Вы, в одном письме из Парижа, сами изволили выразить это желание.
Вадим Петрович выбранил себя, весь покраснел и тут только опять почувствовал в обоих коленах зуд и жжение.
— Все равно! — выговорил он упавшим голосом. — Такая цена невозможна!
«А если никто не будет давать больше, — спросил он себя вслед за тем, — что ты станешь делать? Продавать за бесценок имение?»
И он успел ответить себе: «лучше продать».
— Торговаться я не имею привычки, — выговорил с усмешкой арендатор. — Найдете более выгодную аренду — желаю полного успеха.
— И какова страна! — вскричал Вадим Петрович. — До сих пор нет ипотек![9] Вся Европа имеет ипотеки, а мы не додумались. Там на все определенная, известная цена. Как калач купить… А у нас…