Ее курчавая голова, короткий носик, ласковые глаза мелькали перед ним и настраивали на игривый тон; только он все еще спрашивал себя:
"Неужели это та самая барышня хорошей фамилии?"
- Да, - выговорил он, наклоняясь к ней, - немало воды утекло. Вон вы какая гладкая стали!
- Расплылась? - быстро спросила она серьезнее. - Подурнела?
- Уж сейчас и подурнела!
- А ведь вы, милый человек, по мне страдали... ась? Помните? У нас тогда совсем было дело на мази. И почему оборвали вдруг?
- Забыли?
- Ей-Богу! Точно отрезало!
Он напомнил ей, как она заболела, а его по делам услали в Екатеринбург.
- Верно, верно. Потом я об вас часто вспоминала... честно/й человек! Видите, сейчас вас узнала, вспомнила и фамилию, - а память у меня прескверная становится. Как же вы ко мне-то попали? Это очень, очень мило! Пай-мальчик! За это можно вас поцеловать.