- Как знает!
- Василий Иваныч! Грех! Большой грех! Ведь она не вам хотела зло сделать, а мне.
- Вы - святая!
- С полочки снятая!..
Она тихонько усмехнулась.
- Я не могу за ней ухаживать, не могу! Это лицемерие будет, - с усилием выговорил Теркин и опустил голову.
- Знаете что... Прикажите меня довезти до Мироновки, а сами побудьте здесь. Только, пожалуй, лошадь-то устанет... потом в посад...
- Ничего не значит! Туда и назад десяти верст нет. У нас ведь две лошади!
- Я духом... Чаю мне не хочется... Я только молока стакан выпью.
Ему вдруг стало по-детски весело. Он точно совсем забыл, что случилось ночью и кто лежит там, через коридор.