- Почему же ты не хочешь? - порывисто спросила она. - Думаешь, я тебе в этом не помощница?.. Нет, Вася, я хочу все делить с тобой. Не в сладостях одних любовь сидит. Если я тебе полчаса назад сказала, что без обеспечения нельзя женщине... верь мне... сколько бы у меня ни оказалось впоследствии денег, я не для себя одной. Чего же тебе от меня скрытничать!
- Да я и не думаю, - мягко выговорил Теркин. - Тысяч всего двадцати не хватает. Остальное мне поверят!.. Заработаем духом!
- Двадцать тысяч, - глухо и вдумчиво произнесла Серафима. - Спасибо, что сказал.
Она стала его целовать много-много. Теркин отвел ее обеими руками за плечи и сказал прерывисто:
- Сима! Довольно!.. Так нельзя. Пожалей меня!..
- Прости, жизнь моя, прости!
- Проводи меня.
Теркин встал, и она тотчас же поднялась.
Оба пошли оттуда быстро и молча. Он чувствовал, что Серафима войдет к нему. Был уже одиннадцатый час. Везде стояла тишина, и только из увеселительного сада, где они когда-то встретились, донесся раскат музыки.
Серафима у крыльца гостиницы припала головой к его плечу, и у нее вырвался один возглас: