- Я с вами побуду... За Николаем Никанорычем тетя присылала Авдотью.
- А... Идите, идите, голубчик.
Марфа знала, что сестра ее зря ничего не делает. Стало быть, что-нибудь важное, насчет дел брата, лесов, продажи их. Она за себя не боится, пока сестра жива. Может быть, та и насчет Сани что подумала.
Шаги землемера стихли в липовой аллее. Саня прошлась взад и вперед по беседке и потом, подойдя к тете, взяла ее за голову и несколько раз поцеловала.
- Тетя! Дуся! Какой он славный! Ведь да?
- Кто, душка? Николай Никанорыч?
- Да... Прелесть... Да?
- На что еще лучше!
Толстуха подмигнула.
- А он тебе, поди, чего наговорил... там... внизу?