- Мы сейчас за вами! - крикнул вслед ей Теркин. - Мне надо сказать два слова Николаю Никаноровичу.
Когда толстуха вышла из комнаты, он облокотился локтем на стол и пригласил таксатора подсесть к себе.
- Не выпьем ли еще по рюмке? - пригласил он.
- С удовольствием.
Пододвигая свой стул, Первач возбужденно поглядел на него. Ему сдавалось, что "лесной туз", - так он называл Теркина про себя, - хочет его "пощупать". До сих пор он избегал всякого разговора с глазу на глаз, а тут - сам предложил, перед тем как покончить с Иваном Захарычем. Да и с Низовьевым еще не дошло у него до окончательной сделки.
Лицо у Теркина было особенно благодушно. Они чокнулись.
- Что же, господин таксатор, - начал он шутливо, - вашей работой я доволен... и в низовьевских дачах и здесь. Вы дело смыслите.
- Мне чрезвычайно лестно, - начал было Первач, но Теркин перебил его.
- Только со мною надо во всем начистоту... Вам, быть может, желательно бы было продолжать и дальнейшие работы, какие наша компания будет производить в своих лесных угодьях?
- О, весьма!