И, переходя к «счастливцам», избежавшим смерти на «гробах» — самолетах во время гражданской войны, продолжал:
— …Летает из Москвы в Берлин… Совершил перелет в Пекин… Спас норвежских моряков в Белом море…
И, очевидно, увлеченный минувшей героической эпохой воздушного флота и новыми мирными достижениями его, мой гость рассказал мне более подробно о своем перелете на остров Врангеля…
Через несколько минут, по прочтении дневника, мы пили чай, курили, и Эдуард Мартынович, следя по карте, рассказывал мне о деталях его исключительного путешествия, а я стенографически записывал наиболее интересные места.
Дойдя до посадки самолетов в Иркутске, он неожиданно посмотрел на свой хронометр и встал…
— Куда же вы?..
— На поезд — одиннадцать сорок…
Летчики умеют поражать неожиданностью! Оказалось, что т. Лухт был в Москве проездом из Севастополя и сейчас ехал в пункт, отделенный от Москвы десятитысячекилометровым расстоянием…
Со времени его первого посещения прошло полтора года. Книга была уже почти готова, но Лухта не было.
Уже снова заговорили об острове Врангеля. Снова стали писать о нем газеты и журналы. И неожиданно… появился Лухт.