Главное время охоты на песца на острове — ноябрь и декабрь. Условия жизни песцов, жестокие вьюги и морозы, доходящие до 60° по Цельсию, и длинная полярная ночь сокращают и этот период охоты.
В марте, когда песец возвращается к земле для пложения, охота на острове запрещена.
Охота на медведя идет круглый год и особенно удачна в начале весны и конце осени. Живет медведь преимущественно в северной части острова.
Вскоре же после приезда колонистов в бухту Роджерса, выяснилось, что наибольшее скопление зверя наблюдается в северной части острова Врангеля, представляющей собой огромную тундру, шириною в 20 километров, тянущуюся во всю длину острова. (Длина острова с запада на восток — 130 км и ширина — 65 км.)
В целях увеличения добычи зверя было необходимо произвести переселение охотников из бухты Роджерса в эти богатые зверем области острова.
При заселении этой наиболее богатой зверем части острова, тов. Ушаков столкнулся с неожиданным препятствием: эскимосы заявили, что на северной стороне живет «злой бог», и они боятся туда ехать. Присутствие там злого бога объясняли просто: «Иерок поехал на север и умер; Павлов поехал — заболел; сам Ушаков поехал — заболел, Старцев и Тачью тоже съездили и заболели»; значит, там обитает злой бог, который не хочет, чтобы ездили в его землю.
Тов. Ушаков пустился на хитрость. Он уговорил одного старика — «немного шамана» — поехать на север. «Немного шаман» уговорил сородичей в необходимости умилостивить бога, и они, обычно не употребляющие в пищу сосисок, стали в большом количестве раскупать их запасы в фактории, так как сосиски очень похожи по виду на какую-то внутренность оленя, которую очень любит злой бог.
Они разбрасывали сосиски по берегу, и после этого переселение пошло без осложнений, причем туземцы — эскимосы и чукчи — радовались как дети тому, что бог не заметил их проделки и что они так ловко его надули.
Первая поездка туда охотников, обилие свежих следов медведей и песцов и первый трофей — медведица с двумя медвежатами — сильно поколебали веру в негостеприимного бога, и на северную сторону удалось переселить пять яранг с семью охотниками.
Первый год охоты дал возможность составить план на следующий промысловый год: из расчета средней продуктивности одного охотника в 35 песцовых шкурок следует ожидать до 450 шкурок песцов и 100 медвежьих шкур в год, а это уже говорит о том, что колонизация стоит произведенных на нее затрат.