И зависть на часах стоит там безотлучно,
Та слава - детские, игривые мечты.
Год каждый черпает в ней роковую чашу,
И умаляется она, а не растёт;
Под мглой веков исчезнет слава наша,
Забвением могилы обрастёт.
Но тот, кто, исполин, в груди своей взлелеял
Сокровища благих и добрых дел,
Иную славу тот в веках себе посеял,
И ждёт его иной в веках удел: