III
РАМКА
Как рамка лучшую картину облекает
Необъяснимою, волшебной красотой,
И, отделив ее таинственной чертой
От всей Природы, к ней вниманье привлекает,
Так с красотой ее изысканной слиты
Металл и блеск камней и кресел позолота:
К ее сиянью все спешит прибавить что-то,
Все служит рамкою волшебной красоты.
И вот ей кажется, что все вокруг немеет
От обожания, и торс роскошный свой
Она в лобзаниях тугих шелков лелеет,
Сверкая зябкою и чуткой наготой;
Она вся грации исполнена красивой
И обезьянкою мне кажется игривой.
IV
ПОРТРЕТ
Увы, Болезнь и Смерть все в пепел превратили;
Огонь, согревший нам сердца на миг, угас;
И нега знойная твоих огромных глаз
И влага пышных губ вдруг стали горстью пыли.
Останки скудные увидела душа;
Где вы, пьянящие, всесильные лобзанья,
Восторгов краткие и яркие блистанья?..
О, смутен контур твой, как три карандаша.
Но в одиночестве и он, как я, умрет —
И Время, злой старик, день ото дня упорно
Крылом чудовищным его следы сотрет…
Убийца дней моих, палач мечтаний черный,
Из вечной памяти досель ты не исторг
Ее — души моей и гордость и восторг!
le français
XXXIX. [48]Этот сонет завершает цикл, обращенный к Жанне Дюваль.
Тебе мои стихи! Когда поэта имя,
Как легкая ладья, что гонит Аквилон[49]Аквилон — резкий и холодный северный ветер.,
Причалит к берегам неведомых времен
И мозг людей зажжет виденьями своими —
Пусть память о тебе назойливо гремит,
Пусть мучит, как тимпан[50]Тимпан — древний ударный инструмент, похожий на небольшие литавры., чарует, как преданье,
Сплетется с рифмами в мистическом слиянье,
Как только с петлей труп бывает братски слит!
Ты, бездной адскою, ты, небом проклятая,
В одной моей душе нашла себе ответ!
Ты тень мгновенная, чей контур гаснет, тая.
Глумясь над смертными, ты попираешь свет
И взором яшмовым и легкою стопою,
Гигантским ангелом воздвигшись над толпою!
le français