le français
LXXX. ЖАЖДА НЕБЫТИЯ
О скорбный, мрачный дух, что вскормлен был борьбой,
Язвимый шпорами Надежды, бурный, властный,
Бессильный без нее! Пади во мрак ненастный,
Ты, лошадь старая с хромающей ногой.
Смирись же, дряхлый дух, и спи, как зверь лесной!
Как старый мародер, ты бродишь безучастно!
Ты не зовешь любви, как не стремишься в бой;
Прощайте, радости! Ты полон злобной тьмой!
Прощайте, флейты вздох и меди гром согласный!
Уж над тобой Весны бессилен запах страстный!
Как труп, захваченный лавиной снеговой,
Я в бездну Времени спускаюсь ежечасно;
В своей округлости весь мир мне виден ясно,
Но я не в нем ищу приют последний свой!
Обвал, рази меня и увлеки с собой!
le français
LXXXI. АЛХИМИЯ ГОРЯ
Чужим огнем озарена,
Чужих печалей отраженье,
Природа, ты одним дана
Как жизнь, другим — как погребенье!
Ты мой Гермес, мой вечный сон;
В Мидаса[76]Мидас — царь Фригии, славившийся своим богатством; в награду за освобождение Силена Дионис наградил его даром превращать в золото все, к чему он прикоснется. я твоею силой
Непостижимо превращен,
Как он, алхимик я унылый;
Тобою зачарован, взгляд
В железо злато превращает
И рай лучистый — в черный ад;
Он саркофаги воздвигает
Среди небесных берегов,
Он видит труп меж облаков.
le français
LXXXII. МАНЯЩИЙ УЖАС
«Какие помыслы гурьбой
Со свода бледного сползают,
Чем дух мятежный твой питают
В твоей груди, давно пустой?»
— Ненасытимый разум мой
Давно лишь мрак благословляет;
Он, как Овидий, не стенает,[77]Он, как Овидий, не стенает… — Образ «северной ссылки» римского поэта Овидия, по всей видимости, навеян картиной Э.Делакруа «Овидий у скифов», выставленной на осеннем Салоне 1859 г.
Утратив рай латинский свой!
Ты, свод торжественный и строгий,
Разорванный, как брег морской,
Где, словно траурные дроги,
Влачится туч зловещий строй,
И ты, зарница, отблеск Ада, —
Одни душе пустой отрада!
le français